В Казанском соборе Элисты почтили память архиепископа Гурия (Степанова)

arx-gurij1 ноября в Казанском кафедральном соборе Элисты прошла панихида по известному миссионеру, ученому-монголоведу архиепископу Гурию (Степанову), расстрелянному в 1937 году предположительно 1 ноября. До революции в ходе миссионерских поездок архиепископ Гурий несколько раз посещал пределы Калмыкии. Ряд его научных работ посвящен истории христианства Калмыкии.

 

Православная энциклопедия об архиепископе Гурии (Степанове)

(Степанов Алексей Иванович; 2.10.1880, Чебоксары — 1938 (1937?), Сиблаг), архиеп. Суздальский, духовный писатель, лингвист-монголовед. Из семьи отставного унтер-офицера. Окончил Чебоксарское городское уч-ще (1893), Чебоксарское ДУ (1896), Казанскую ДС (1902). В том же году поступил в КазДА, где прошел подготовку на миссионерском отд-нии по монг. отделу, углубленно изучал буддизм. Во время учебы обнаружил склонность к апологетике и дар проповедничества, начал выступать со статьями в журналах. Духовно окормлялся у прп. Гавриила (Зырянова). Впосл. в доме Г. прп. Гавриил нашел последний приют.

16 апр. 1905 г. пострижен в монашество с именем Гурий в честь свт. Гурия Казанского. 24 июня рукоположен во диакона, 26 марта 1906 г.- во иерея. За диссертацию «Буддизм и христианство в их учении о спасении» Г. была присуждена премия им. митр. Макария. По окончании КазДА в 1906 г. со степенью канд. богословия оставлен в звании исполняющего должность доцента на кафедре калм. языка преподавателем этнографии монг. племен и истории духовных миссий среди этих народов. В том же году послан в годичную командировку в С.-Петербург для стажировки по специальности в АН и С.-Петербургском ун-те. Летом 1908 и 1909 гг. изучал в Астраханской губ. культуру и язык калмыков, работал в архиве Калмыцкого управления и Духовной консистории. По результатам этих поездок была опубликована серия статей, посвященных правосл. миссии среди калмыков.

21 февр. 1909 г. удостоен ученой степени магистра и звания доцента КазДА. Преподавал монг. язык. В 1910 г. принял активное участие в миссионерских съездах в Казани и Иркутске в качестве секретаря и докладчика, за что по представлению председателя Особого миссионерского совещания архиеп. Антония (Храповицкого) Святейшим Синодом был награжден Библией. 15 нояб. 1910 г. утвержден в звании экстраординарного профессора КазДА. Читал лекции по истории и обличению ламаизма. Одновременно исполнял обязанности наблюдателя (с 1911) и преподавателя (с 1912) Миссионерских курсов в Казани. 26 мая 1912 г. назначен на должность инспектора КазДА, 20 июня возведен в сан архимандрита. За фундаментальное исследование «Очерки по истории распространения христианства среди монгольских племен» удостоен научной степени д-ра церковной истории. 18 февр. 1916 г. утвержден ординарным профессором кафедры миссионерских предметов КазДА. В 1916-1917 гг. был помощником ректора академии. Г. пользовался большим авторитетом, его называли душой казанского академического иночества. В своей квартире Г. устраивал ученые собрания, на к-рых преподаватели и студенты обменивались мнениями.

В июле 1917 г. товарищ председателя Всероссийского съезда ученого монашества в МДА. Поддержал идею Волоколамского еп. Феодора (Поздеевского) о создании Всероссийского иноческого церковно-просветительского братства и Высшей церковно-богословской школы при нем. Принимал участие в Поместном Соборе Православной Российской Церкви 1917-1918 гг., работал в отделах по мон-рям и монашеству и по духовным академиям. 21 нояб. 1917 г., во время совершения чина настолования новоизбранного Патриарха свт. Тихона, Г. произнес ему приветственное слово от КазДА.

В янв. 1918 г., после декрета советской власти «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», Г. вместе с еп. Феодором (Поздеевским) составил проект устава Высшей церковно-богословской школы и принял деятельное участие в ее организации при Даниловом московском муж. мон-ре. В авг. 1919 г. назначен товарищем председателя Миссионерского совета при Свящ. Синоде и управляющим московским Сретенским муж. мон-рем. 2 окт. 1919 г. арестован, помещен в Бутырскую тюрьму, но вскоре освобожден.

8 февр. 1920 г. хиротонисан во епископа Алатырского, назначен викарием Симбирской епархии. Оставался в Москве, со 2 апр. управлял миссионерским московским в честь Покрова Пресв. Богородицы мон-рем (с 1995 жен.). Из-за отсутствия свободных помещений проживал в Даниловом мон-ре. После того как 11 июня 1920 г., при проведении там обыска, собралась тысячная толпа протестующего народа, 26 июня Г. был арестован вместе с еп. Феодором (Поздеевским). Находился в Бутырской тюрьме в одной камере с еп. Феодором и Казанским митр. сщмч. Кириллом (Смирновым). 26 июля без предъявления офиц. обвинения приговорен Президиумом ВЧК к заключению в Соловецкий ИТЛ до конца гражданской войны. Для подготовки к этапу переведен в Таганскую тюрьму. 4 нояб. 1921 г. распределительная комиссия Центрального исправительно-трудового отдела Наркомюста РСФСР заменила содержание в концлагере 5 годами тюремного заключения. 24 марта 1922 г. постановлением Президиума ВЦИК освобожден под подписку о невыезде.

Вернулся к управлению Покровским мон-рем. Участвовал в «Даниловском Синоде» — неофиц. собраниях архиереев в Даниловом мон-ре, сыгравших большую роль в противостоянии обновленчеству. В июле 1923 г. назначен Патриархом Тихоном временным управляющим Петроградской епархией. По прибытии в Петроград ознакомился с тяжелым положением церковных дел, из-за угрозы нового ареста покинул город и выехал в Псково-Печерский муж. мон-рь, где поступил в число братии. В том же году задержан по обвинению в незаконном нахождении в пограничной полосе. Был заключен в псковскую тюрьму, но затем освобожден.

Вернулся к исполнению обязанностей управляющего Покровским мон-рем, проживал под Москвой, на ст. Кубинка. Его ближайший помощник и сподвижник архим. (впосл. епископ) Вениамин (Милов) писал о нем, что Г. «искренний до самозабвения, любитель веры и Церкви, труженик на ниве богословской науки, аскет высшей степени, монах в истинном значении этого слова, сильный волей при глубокой снисходительности к людям, бескорыстный и благородный душой, знаток практической жизни, тонкий психолог, душа, способная увлечь к святой жизни своим примером и словом» (Вениамин (Милов), еп. С. 114).

В февр. 1924 г. был назначен на Иркутскую кафедру, возведен в сан архиепископа. Выехать в епархию не успел, т. к. 16 апр. вновь был арестован и заключен в Бутырскую тюрьму как «соучастник гр. Поздеевского, устраивавшего собрания духовенства в Даниловом монастыре, носившие к[онтр]р[еволюционный] характер», также обвинялся в «антисоветской агитации путем проповедей». 17 нояб. 1924 г. решением Судебной Коллегии ОГПУ освобожден под подписку о невыезде. 12 апр. 1925 г. подписал акт о передаче высшей церковной власти Патриаршему Местоблюстителю Крутицкому митр. сщмч. Петру (Полянскому).

19 нояб. 1925 г. вновь арестован и заключен в Бутырскую тюрьму. Проходил по делу «контрреволюционной монархической церковной организации «Даниловский Синод»». 21 мая 1926 г. осужден особым совещанием при Коллегии ОГПУ вместе с большой группой архиереев, приговорен к 3 годам ссылки в г. Якутск. Отправлен по этапу вместе с бывш. обер-прокурором Синода А. Д. Самариным. Когда по дороге к месту ссылки Г. прибыл в свою епархию, в Иркутске его, шедшего в колонне заключенных, у каждого храма встречали как правящего архиерея колокольным звоном.

В Якутске Г. работал внештатным сотрудником якут. научно-исследовательского об-ва «Саха Кэскилэ». Перевел с нем. языка классический труд акад. О. Н. Бётлингка «Якутская грамматика» (совм. с Самариным), подготовил 2-томник «Чукчи и их занятия» и «Духовная культура чукотского народа» по материалам книги В. Богораза «Чукчи» (не опубл.). Печатал статьи в сборниках трудов об-ва «Саха Кэскилэ». В авг. 1928 г. при обыске у Г. были обнаружены полученные в обход цензуры письма, в к-рых затрагивались вопросы местоблюстительства митр. Сергия (Страгородского). 8 окт. того же года приговорен особым совещанием при Коллегии ОГПУ дополнительно к 3 годам ссылки. Досрочно освобожден в 1930 г.

8 июля 1930 г. был назначен на Костромскую кафедру, от управления епархией отказался. 13 авг. назначен архиепископом Суздальским, викарием и временным управляющим Владимирской епархией, ездил для регистрации в г. Иваново — обл. центр Ивановской промышленной обл., в состав к-рой входил г. Владимир, но разрешение на служение не получил и вернулся в Москву.

Г. был близок к архиереям из даниловской группы непоминающих, не принявших «Декларацию» 1927 г. митр. Сергия. Однако он сохранял лояльность к Заместителю Патриаршего Местоблюстителя. Так, по возвращении в Москву Г. отказался служить в ц. Иерусалимской иконы Божией Матери, куда перешли нек-рые иноки возглавляемого им ранее Покровского мон-ря, поскольку они не исполняли распоряжений митр. Сергия о поминовении властей. Позже, когда это распоряжение стало исполняться, Г. с разрешения митр. Сергия служил в этой церкви на праздник Покрова Пресвятой Богородицы 1 окт. 1930 г. (ЦА ФСБ. Д. Н-7678. С. 7). 29 марта 1931 г. участвовал вместе с митр. Сергием (Страгородским) в хиротонии архим. Николая (Муравьёва) во епископа Кимрского. Впосл. из-за болезни отошел от церковных дел. Проживал под Москвой, в пос. Перловка, где встречался с еп. Варфоломеем (Ремовым), отклонил по состоянию здоровья его предложение об участии в научно-богословской деятельности существовавшего при иноческой общине закрытого Высокопетровского мон-ря нелегального духовного учебного заведения, продолжившего традиции МДА. Консультировал обращавшихся к нему за помощью при подготовке канд. и магист. диссертаций.

В 1931 г. завершил главный богословский труд, начатый в ссылке,- «Богозданный человек: опыт православной теодиции жизни». Цель труда — дать «христианское оправдание смысла жизни» (С. 5). Г. рассматривал догматические проблемы (грехопадение, его причина и суть, последствия (С. 12-30), домостроительство спасения — необходимость появления Нового Адама, Воплощение, ипостасное единение божества и человечества во Христе (С. 31-34), Жертва «за людей», «вместо людей» и «от людей» (С. 39), Искупление (С. 37 слл.), Воскресение (С. 44), Церковь и церковные таинства (С. 47-56), Церковь как вечное Царство Божие (С. 60-65) и др.), аскетические (сердце как место единения души с Богом, место таинственного Богообщения (С. 7), путь страданий как «единственно возможный и единственно нормальный путь духовного возрождения» (С. 36) в осуществлении достижения «Богообщения и Боговселения», к-рые являются целью жизни христианина (С. 67-68), система духовного совершенства (С. 69-72)). В этой работе Г. также писал о структуре, канонических основах жизни Вселенской Церкви (С. 57-60).

В учении об Искуплении признавал неудовлетворительными как прежде доминировавшую в богословии юридическую теорию, так и появившуюся в противовес ей в нач. ХХ в. нравственную теорию. Юридическая теория, замечает Г., дает лишь внешнее истолкование тайны Искупления. Эта теория построена на базе облеченных в форму «строгого юридизма» греховных и себялюбивых отношений между людьми, к-рые несоизмеримы с понятием Бога любви. Поэтому, по мнению Г., юридическая теория, «оставаясь достоянием ума, ничего не говорит христианскому сердцу» (С. 39). Г. отмечал силу нравственной теории в критике юридизма и слабость ее положительного содержания: «Явившись как протест против юридического понимания Жертвы Искупления, эта теория проявила естественную для духа критицизма тенденцию к умалению искупительного значения Голгофской Жертвы и некоторому обезличению этой всемирной Жертвы…» (С. 39-40).

Г. в исследовании тайны Искупления стремился к тому, чтобы «из анализа внутренней природы греха и средств ее преодоления выяснить существенную необходимость Жертвы Искупления за грех, называемую онтологическими (природными) законами бытия как нормами Богом установленной жизни». Сын Божий, пишет Г., является «не жертвой юридического возмездия или кары, а Жертвой самоотверженной Божественной любви, не жертвой, (притом) нужной Богу для умилостивления Его разгневанного Правосудия, а Жертвой, нужной для людей, неизбежной по онтологическим законам бытия и необходимой для снятия с совести людей тяготеющей над их сознанием ответственности пред судом Правды Божией, чтобы сделать людей оправданными и дерзновенными перед Лицом Божиим» (С. 40).

13 янв. 1932 г. Г. был арестован. Содержался в Бутырской тюрьме. Обвинялся в том, что «принял на себя руководство к[онтр]р[еволюционной] группировкой монахов в целях изменения церковной политики и направления ее в сторону активной борьбы с советской властью». 14 марта 1932 г. приговорен особым совещанием при Коллегии ОГПУ к 3 годам ИТЛ. Впосл. срок заключения был продлен. В 1938 г. (по др. данным, в 1937) арестован в лагере вблизи Новосибирска и приговорен к расстрелу.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели